Как ЕС формирует барьерную среду

Глава Минэкономразвития Максим Решетников уверен, что текущий вариант трансграничного углеродного регулирования (ТУР) содержит ряд признаков формирования барьеров в торговле. Об этом он заявил в интервью ТАСС.

«В текущем варианте ТУР много признаков использования этой темы (закладывания стоимости CO2 в цену импорта электроэнергии в ЕС) для формирования барьеров в торговле, в экономическом развитии. Если мы реально не будем преследовать цели сокращения или улавливания CO2, не докажем на практике, что это и есть наша цель, то все сведется к протекционизму, закрытию рынков, отсечению технологий, к сегрегации», — сказал Решетников.

«Центральная Азия, Индия, некоторые страны Азиатско-Тихоокеанского региона еще не вышли на пик энергопотребления и нуждаются в дешевых источниках энергии. А это углеводород. Попытка заложить стоимость CO2 в цену импорта электроэнергии в ЕС в рамках ТУР, поднимает стоимость CO2 и делает этот разрыв (между развитыми и развивающимися странами) непреодолимым», — добавил министр.

Также по его словам, положения ТУР пока противоречат принципам Всемирной торговой организации (ВТО), и, хотя у России есть серьезный набор оснований для претензий, она надеется, что до спора дело не дойдет.
«В принципе, если мы рассмотрим положения соглашений в рамках ВТО, то, по нашим оценкам, ТУР Евросоюза противоречит им. Речь идет и о базовых принципах, таких как «национальный режим» и «режим наибольшего благоприятствования», и введение ограничений на ввоз и многое другое. То есть, у нас есть серьезный набор оснований для претензий. Надеемся, что эти претензии будут урегулированы, и дело не дойдет до спора», — сказал Решетников.

По словам министра, к озабоченности России в рамках ВТО присоединились все партнеры по БРИКС — Бразилия, Китай, Индия, ЮАР; по ЕАЭС; Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн, Аргентина, Парагвай, Австралия, Япония, Южная Корея, США, Турция, Тайвань.

Еврокомиссия 14 июля опубликовала проект трансграничного углеродного регулирования (ТУР), согласно которому Евросоюз заставит российских экспортеров заплатить углеродный налог с каждого «грязного» товара. Так, европейские чиновники хотят уравнять продукцию, произведенную в ЕС с минимальными выбросами СО2, и продукцию других стран, где используются технологии с высокими выбросами. Сбор на импорт определенных товаров с высоким углеродным следом ЕК предложила ввести постепенно – с 2023 по 2026 год. По данным Минэкономразвития России, он охватит поставки железа и стали, алюминия, труб, электроэнергии и цемента из России на 7,6 млрд евро в год. Также в МЭР подсчитали, что углеродный налог Евросоюза может обойтись российским поставщикам железа, стали, алюминия, удобрений по меньшей мере в 1,1 млрд евро в год, когда налог начнет взиматься на 100%.