- Аналитика, Газ, Главное, Мнение, Тенденции, Экология

СПГ и декарбонизация: кто кого?

Авторская колонка Михаила Крутихина

У части представителей нефтегазовой отрасли укоренилась уверенность в том, что в период перехода человечества к новой «зелёной» энергетике больше всего пострадают нефть и уголь, а природный газ долго ещё будет востребован как промежуточное решение, как средство постепенного избавления от ископаемых энергоносителей – злостного источника парниковых газов. И особая роль в этом решении придаётся сжиженному природному газу (СПГ). Именно на него якобы будет переводиться морской и наземный транспорт, отказывающийся от нефтяного топлива.

В том, что век нефти кончается, убедились даже в ОПЕК. В последнем своём анализе мировых тенденций нефтяного рынка эта организация приходит к выводу, что к 2045 году потребление нефти в развитых государствах (членах ОЭСР) сократится на 35%. Уже к 2025 году эти страны будут потреблять не 41,4 млн баррелей нефти в сутки, как в прошлом году, а 40,4 млн баррелей, а в 2030 году – 38,2 млн.

Прогнозисты ОПЕК не были бы прогнозистами ОПЕК, если бы не предсказали общий рост спроса на нефть – но произойдёт это, по их прогнозам, не в ОЭСР, а в «развивающихся» экономиках, то есть странах «третьего мира». Кстати, если судить по темпам декарбонизации в России, то наша страна относится именно к этой категории энергопотребителей. Согласно официальной российской «Доктрине энергетической безопасности» основой развития у нас по-прежнему будет опора на ископаемое топливо.

В пользу расчётов на большую роль природного газа в период перехода к «зелёной» энергетике говорит многое. Во-первых, на газ рассчитывают там, где он должен заменить уголь в производстве электроэнергии. Этот процесс уже идёт, хотя далеко не теми темпами, которые ожидались. Так, в Китае и Японии число новых угольных электростанций только увеличивается. Можно ожидать, что в долгосрочной перспективе замену углю найдут не в газе, а в энергии солнца, ветра и воды.

Во-вторых, в ряде стран, включая Россию, не исчезла надежда на газомоторное топливо для автотранспорта в качестве замены нефтепродуктов – причём речь идёт именно о природном газе, метане в сжатом или сжиженном виде, а не о баках с пропаном. Однако на этом пути есть серьёзные препятствия. Сжиженный природный газ как автомобильное топливо коммерчески рентабелен в морских или речных судах, железнодорожных локомотивах или в большегрузных машинах где-нибудь на открытых рудных карьерах. Для легковых автомобилей, да и для небольших грузовиков соперником газа всё больше становится электромотор.

Электромобили бьют машины с газомоторным топливом по экологическим показателям, чему в мире придают всё большее значение. К тому же и сам природный газ выступает в роли обвиняемого в аргументах сторонников декарбонизации: при его добыче и транспортировке в атмосферу выделяется немало углекислого газа и соединений азота.

При анализе выбросов парниковых газов в атмосферу при добыче аналитики не различают нефть и газ. На многих проектах их извлечение из недр идёт вместе. По данным норвежской Rystad Energy, в 2018 году больше всего вредных веществ в воздух (в пересчёте на углекислый газ) выпустили Соединённые Штаты (133 млн тонн). За ними шли Россия (116 млн тонн) и Канада (114 млн тонн). И если мир продолжит движение в «зелёную» сторону, сокращать придётся добычу не только нефти, но и газа.

Надо сразу отметить, что в системе координат низкоуглеродной энергетики метан в его естественной газообразной форме ничем не отличается от СПГ, кроме способов доставки потребителям. Углеродный след обеих форм примерно одинаков, и надеяться на сжиженный газ как на особо экологичный энергоноситель не приходится.

Интересно, что генеральное направление действий в эпоху отказа от ископаемых энергоносителей задают сейчас некоторые ведущие производители: Саудовская Аравия по нефти и Катар – по газу. Саудовцы и их партнёры по ОПЕК считают, что сокращающийся спрос на нефть скоро оставит на рынке только тех, у кого самая низкая себестоимость. Нельзя исключать, что на каком-то этапе падения спроса эти страны откажутся от картельной тактики сдерживания добычи ради того, чтобы относительно высокие цены компенсировали им финансовые потери 2019-2020 годов, и станут выбрасывать на рынок большие объемы нефти, вытесняя конкурентов вроде России и США.

Что касается Катара, то там официально провозгласили курс на производство максимальных объемов СПГ, чтобы успеть монетизировать запасы газа, пока на него ещё сохраняется спрос.

Заглядывая в будущее, и в Саудовской Аравии, и в Катаре видят конец не только нефтяной, но и газовой эры. Они что-то знают?

Все тексты автора — Мария Печатина

Мария Печатина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *